Пентагон пошел на жесткие меры, отрезав бывшего министра ВВС США Фрэнка Кендалла от секретных данных. Причиной стал скандал вокруг разглашения подробностей, касающихся легендарного Air Force One. Об этом официально заявил представитель ведомства Шон Парнелл, опубликовав соответствующее сообщение в социальной сети X.
Реакция военного министерства была молниеносной: Кендаллу не только закрыли доступ к конфиденциальной информации, но и фактически лишили возможности занимать любые государственные посты, связанные с ответственными задачами. Основанием для такого «выговора» послужил факт несанкционированной утечки сведений, которые не должны были покидать пределы ведомства.
Сама суть инцидента проявилась в интервью телеканалу CNN, которое Кендалл дал 10 июля. В ходе беседы экс-министр упомянул, что новый Boeing, переданный США Катаром, еще не полностью укомплектован системами защиты, которыми обладает нынешний президентский борт. При этом сам Кендалл предпочел не углубляться в детали, сославшись на режим секретности.
Однако эта «зацепка» уже спровоцировала резонанс. Еще 9 июля издание The New York Times, опираясь на свои источники, опубликовало материал о том, что Секретная служба США рекомендовала Дональду Трампу во время саммита НАТО в Анкаре использовать старый самолет, а не катарский лайнер. Причина была веской: новый борт просто не обладал всеми необходимыми техническими возможностями для обеспечения безопасности главы государства.
Сам Трамп тогда объяснил свой выбор личными причинами — якобы «ностальгией» и желанием продемонстрировать обновленный подарок Катара американским военным во время визита на авиабазу Милденхолл в Великобритании.
За этим развернулась настоящая информационная война. Спустя несколько дней после выхода статьи о самолете, журналистам The New York Times начали приходить повестки в суд: федеральное большое жюри потребовало от них дать показания. Как сообщает газета, ФБР пыталось заставить редакцию приостановить публикацию и раскрыть своих информаторов, прикрываясь соображениями национальной безопасности. Однако пресса проявила принципиальность и отказалась подчиниться давлению спецслужб.
