Напряженность в северных водах продолжает расти, и цифры говорят сами за себя. Согласно свежим данным пресс-службы британского военно-морского флота, за первые семь месяцев текущего года интенсивность операций Королевского флота по отслеживанию российской активности в территориальных водах Великобритании и в Северной Атлантике подскочила на четверть. Рост активности составил внушительные 25% по сравнению с аналогичным периодом 2025 года.
Британское командование перешло к режиму повышенной бдительности. Только в июле масштаб мониторинга передвижений российских судов и подводных лодок обеспечивали сразу четыре корабля: HMS Somerset, HMS Tyne, HMS Mersey и HMS Severn. В небе за ситуацией следили вертолеты Wildcat и специализированные противолодочные машины Merlin.
Поводом для такой «затянувшейся осады» послужил инцидент в июне, когда в Ла-Манше британские власти задержали танкер Smyrtos, попавший под санкции. Это судно, шедшее под флагом Камеруна, вышло из российского порта Усть-Луга 5 июня. Как сообщает издание The Guardian, на борту находилась нефть стоимостью около 40 миллионов долларов, предназначенная для Индии. После задержания танкер был фактически заблокирован — его поставили на якорь у южного побережья Англии под неусыпным надзором.
Масштаб операции по перехвату был впечатляющим: в дело были вовлечены морские пехотинцы, вертолеты Chinook, Merlin и Wildcat, а также патрульный самолет RAF P-8. К списку активных участников добавились корабли HMS Sutherland и HMS Ledbury.
Конфликт вокруг задержанного танкера быстро перешел в финансовую и политическую плоскость. По информации издания The Telegraph, в Лондоне всерьез обсуждали возможность продажи почти 100 тонн российской нефти марки Urals, изъятой с судна. Планировалось, что вырученные средства — порядка 35 миллионов фунтов стерлингов — пойдут на поддержку Украины. Москва, разумеется, занимает жесткую позицию, осуждая любые подобные действия.
Российская сторона восприняла задержание Smyrtos как политическую манипуляцию. Спецпредставитель президента РФ Кирилл Дмитриев назвал этот инцидент попыткой переключить внимание британского общества с внутренних проблем, в частности с миграционного кризиса, на внешнеполитическую повестку. МИД России также выразил резкий протест, назвав концепцию «теневого флота» лишь удобным предлогом для того, что в Москве считают «разбоем на морских коммуникациях». При этом в Лондоне не скрывают опасений: источник The Guardian отмечает, что британское руководство готовится к возможному ответу со стороны России, который может настичь их в любой точке мира, хотя Москва, скорее всего, выберет наиболее подходящий момент для удара.
Параллельно с этим Россия усиливает меры по защите своих интересов в море. Еще в марте помощник президента Николай Патрушев заявил, что Москва разрабатывает комплекс мер по обеспечению безопасности судоходства, включая использование конвоев из кораблей ВМФ России для защиты от террористических и диверсионных угроз.
Напряженность в Ла-Манше уже привела к прямым столкновениям в море. В июне Минобороны Британии инициировало расследование инцидента с российским кораблем «Адмирал Григорович». Как писала Financial Times, экипаж британской яхты сообщил береговой охране о предупредительном выкреле со стороны российского фрегата после опасного сближения. Несмотря на инцидент, яхта не получила повреждений и продолжила путь.
В свою очередь, российское оборонное ведомство представило иную версию событий. По данным Минобороны РФ, 16 июня фрегат «Адмирал Григорович» обнаружил яхту Bright Future, которая двигалась на него по опасному курсу. Российский экипаж пытался выйти на связь по радио, использовал сигнальные ракеты и звуковые сигналы, но судно игнорировало предупреждения и продолжало сближение. Когда дистанция между объектами сократилась до критических 150 метров, командир применил стрелковое оружие для предупредительного огня, после чего яхта сменила курс. В ведомстве подчеркнули, что действия российского экипажа были строго в рамках международных правил судоходства.
